Архив метки: поэтесса

Анна Ахматова в Киеве

Анна Ахматова – настоящая фамилия по отцу Горенко, что указывает на наличие у неё наряду с русской, и украинской крови – родилась на станции Большой Фонтан под Одессой, большую часть жизни прожила и умерла в Санкт-Петербурге, но в молодости длительное время жила в Киеве, и с этим городом были связаны важные события в её жизни.
Анна Ахматова оказалась в Киеве не случайно: здесь жили часть её предков, и во время её жизни – родственников. Дед Анны Ахматовой по отцовской линии родился в Киевской губернии. Дед же по материнской линии служил в канцелярии киевского генерал-губернатора и содействовал благоустройству города. Здесь жила старшая сестра её матери, поэтому семья Анны Ахматовой много раз и порой надолго приезжала в Киев.
Впервые она приехала с родителями в Киев в детстве в пятилетнем возрасте, проведя тут почти год. Они жили в гостинице “Националь”. Эта шикарная гостиница, принадлежавшая архитектору Беретти, стояла на углу Крещатика и Бессарабской площади. Сейчас там находится магазин Roshen и вареничная “Катюша”.
В детстве в Киеве во время прогулки с няней около Мариинского дворца, с ней произошло символическое событие: она нашла булавку в виде лиры, и няня решила, что это знак судьбы, что она будет поэтом.
Ахматова жила в Киеве с 17 лет с 1906 по 1910 год. В 1906 году брак её родителей распался, так как отец нашёл себе другую женщину, и мать вместе с дочерьми переехала жить в Киев, где жила её кузина. С тех пор Анна Ахматова, до того учившаяся в Царскосельском лицее, продолжала образование в Киеве в женском университете.
Сначала они жили у её тёти на ул. Владимирская, д. 3. Позже переехали к другой тёте, на ул. Меринговскую, 1, недалеко от Крещатика в центре города. Теперь она носит имя актрисы Марии Заньковецкой, и на этом доме установлена мемориальная доска Анне Ахматовой. Она училась в расположенной недалеко гимназии на улице, которая теперь носит имя Богдана Хмельницкого, д. 6.
Потом она поселилась на улице Тарасовской, д. 23/25. Эту улицу в Киеве называли Латинским кварталом – так как там жила столичная богема. Район не считался престижным, и здесь квартировали свободные художники, поэты, писатели и бедные студенты.
В Киеве Анна Горенко ищет общения с людьми, занимающимися литературой и искусством. Такое общение она находит в кружке театральной художницы Александры Экстер.
Анна Ахматова любила гулять в прекрасных киевских парках, осматривала исторические достопримечательности города. Особенно она любила Михайловский монастырь. Очень впечатлили её Софийский собор и Андреевский собор и Кирилловская церковь с фресками Врубеля. Она писала, что эти дни, проведённые в Киеве, когда она посещала эту церковь, были исполнены такой гармонии, которая больше к ней никогда не вернулась.
Но житейски её жизнь в Киеве была трудна: отец расстратил семейные средства, и как поэтесса вспоминает, в то время они жили в страшной нищете: “У меня в Киеве была тяжёлая жизнь”. У них не было привычной им прислуги, им приходилось самим вести хозяйство, убирать, стирать. В Киеве было много богатых людей, их жёны и дочери тратили большие деньги на дорогие наряды, но Анна Ахматова не могла купить себе хорошую одежду. Кроме того, в Киеве она не завела друзей и чувствовала себя одинокой.
Её царскосельский друг поэт Николай Гумилёв 6 раз приезжал к ней в Киев и 3 раза делал ей предложение. Первые два раза она отказала ему, так как любила другого, но это была неразделённая любовь, на третий раз согласилась, потому что он порывался покончить жизнь самоубийством. Он сделал ей предложение в кафе гостиницы “Европейская”, которая стояла в центре главной улицы Крещатик. Эта гостиница не сохранилась, сейчас на её месте стоит общественный центр, называемый “Украинский дом”. Через полгода в апреле 1910 года в Николаевской церкви на Никольской Слободке близ пригорода Киева Дарница (теперь он уже стал окраинным районом города с современными высотными домами) состоялось венчание Анны Горенко и Николая Гумилёва. Церковь была снесена в советское время, сейчас на её месте расположена станция метро “Левобережная”. Брак с Гумилёвым спас Анну Ахматову от нищеты. После свадьбы молодые супруги уехали путешествовать в Париж и Италию, а жить переехали в Царское село, но Анна Ахматова ещё много раз приезжает в Киев навещать родственников.
В Киевский период жизни Анна Ахматова создаёт много стихотворений, которые вошли в книгу “Вечер”. Здесь происходит её взросление и становление как личности и поэта и она осознаёт себя поэтом. Здесь девушка Анна Горенко превратилась в поэта Анну Ахматову и появился её псевдоним (это было связано с тем, что её отец был против того, чтобы она печатала, как он выразился, “свои декадентские вирши” под его фамилией).
Образы Киева неоднократно возникают её в стихах. Киев, как и Петербург, повлиял на её поэтический и душевный мир. Анна Ахматова писала, что на стенах Петербурга осталась её тень. Но её тень осталась и на стенах Киева.

“Так тяжелый колокол Мазепы,
Над Софийской площадью гудит”.

“И в Киевском храме Премудрости Бога,
Припав к Солее, я тебе поклялась,
Что будет моею твоя дорога,
Где бы она ни вилась.
То слышали ангелы золотые,
И в белом гробу Ярослав,
Как голуби, вьются слова простые,
И ныне у солнечных глав.
И если слабею, мне снится икона,
И девять ступенек на ней.
А в голосе грозном софийского звона,
Мне слышится голос тревоги твоей.”

В одном из стихотворений, посвящённых образу Киева, Анна Ахматова предсказывает, что умрёт в Киеве. Но её предсказание, как известно, не оправдалось: поэтесса умерла в Петербурге.

“Древний город словно вымер,
Странен мой приезд.
Над рекой своей Владимир
Поднял черный крест.

Липы шумные и вязы
По садам темны,
Звезд иглистые алмазы
К богу взнесены

Путь мой жертвенный и славный
Здесь окончу я,
А со мной лишь ты, мне равный,
Да любовь моя.”

 

Анна Ахматова и украинские поэты

Украинские поэты хорошо знали поэзию Ахматовой, следили за её творчеством. Многие из них были знакомы или переписывались с Анной Андреевной.
Анна Ахматова знала украинский язык,и блестяще перевела на русский язык книгу украинского поэта Ивана Франко “Зiвяле листья”, и этот перевод очень ценил украинский классик Максим Рыльский.
Сохранились отзывы Анны Ахматовой о творчестве Леонида Первомайского. Его стихи о фронтовых письмах она назвала удивительной поэзией. Мыкола Бажан, оказавшийся вместе с Ахматовой в Италии во время вручения ей международной премии, посвятил поэтессе эссе. Известный украинский поэт и переводчик Григорий Кочур вспоминал, что, находясь в застенках ГУЛАГа, он и его товарищи часто читали стихи Ахматовой, а в последние месяцы её жизни он посетил Анну Андреевну, и между двумя близкими по духу поэтами состоялась долгая беседа.

Киевляне чтят имя великой поэтессы. В 1989 году в год столетнего юбилея Анны Ахматовой её именем была названа улица Киева, ей установлены в городе два памятника (статья о памятниках Анне Ахматовой в Киеве), на доме, где она жила, по ул. М. Заньковецкой 1 (которая при её жизни называлась ул. Меринговская) была установлена мемориальная доска, её имя было присвоено одной из городских библиотек.

памятник анне ахматовой киев
Памятник Анне Ахматовой в Мариинском парке

О ДРУГИХ ПИСАТЕЛЯХ И ИЗВЕСТНЫХ ЛЮДЯХ В КИЕВЕ

 ВСЁ О КИЕВЕ     ВСЁ ОБ УКРАИНЕ   О ДРУГИХ СТРАНАХ СТАТЬИ НА ДРУГИЕ ТЕМЫ

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ? ПОДЕЛИСЬ С ДРУЗЬЯМИ, НАЖАВ НА КНОПКИ СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЕЙ ВНИЗУ СТРАНИЦЫ

ВСЕ ЭКСКУРСИИ В КИЕВЕ НА САЙТЕ



Booking.com

Booking.com

Моя жизнь. Часть 1

Мои интересы определились рано, ещё в детстве. Я отличалась от всех девочек: я не играла в куклы, они меня не интересовали. Игра в куклы – та ролевая игра, в которой у девочек проявляются и тренируются родительские инстинкты, где кукла исполняет роль будущего ребёнка. У меня эти инстинкты явно отсутствовали, и в куклы я не играла. Я сначала рисовала, а когда меня перед школой научили читать, читала круглосуточно, даже за едой, чтобы не прерываться, и засыпала с книгой под подушкой. Едва научившись писать, я стала играть, что издаю журнал – вырезала из бумаги маленькие страницы, сшивала их ниточками в книжечку, что-то туда писала, рисовала иллюстрации.

Когда я начала сочинять стихи, я точно не помню – мне кажется, я уже родилась с этой способностью. По крайней мере думаю это было с того возраста, когда дети начинают говорить. Я сразу стала не просто говорить, а стихами. Так что в моём случае стаж творческой деятельности равен продолжительности жизни. Помню совершенно точно, что в пять лет я уже сочиняла, а свою жизнь до этого я плохо помню.

Но сначала я сочиняла не стихи, а песни, я не говорила стихи – я их пела.  Это возникло как-то само собой: началось с того, что я, как часто бывает, хотела спеть понравившуюся песню, но не помнила все слова, часть слов забылось – где-то одна строка в четверостишье, где-то две. Тогда я стала придумывать эти строчки сама. Потом пошло дальше, и я стала сочинять целый куплет. Это подало мне идею, что не обязательно петь чужие заданные слова, можно придумать и свои. Тогда я стала придумывать тексты песен целиком, если помнила мелодию, но не помнила слова, или они мне чем-то не нравились. Но так как я была ещё очень маленькая и не умела писать, я не могла их записывать и забывала сразу же после того, как произносила, иногда помня только отдельные фразы. Поэтому если на следующий день мне нужно было спеть ту же самую песню, мне приходилось каждый раз сочинять новый текст. Когда-то я пела на известные мелодии популярных тогда песен, когда-то я даже не помнила, откуда я взяла мелодию, есть ли такая песня или я её сама сочинила. Когда в 7 лет я пошла в школу и научилась писать, я стала записывать свои песни, и тогда постепенно песни стали превращаться в стихи, и я стала их проговаривать, а не напевать. Этот процесс перехода песен в стихи был очень долгим, он длился несколько лет. С 7 до 14 лет я писала половина на половину: половина песен, половина стихов, и чаще всего трудно было отличить одно от другого, я полу-проговаривала, полу-напевала.

13 лет были переломным моментом в моей жизни, когда я физически почувствовала, что от меня уходит детство и я слышу его удаляющиеся шаги, и поняла, что начинается какой-то новый этап моей жизни. И с этого момента с 14 лет я стала сознательно писать стихи. Но при этом отдельные песни эпизодически я продолжала писать всю молодость до 20 лет, и потом – уже совсем редко, но всё-таки писала – но и до 30 включительно. Например, все тексты, которые взял и написал на них музыку композитор Михаил Приходько, и “Сиреневый Париж”, и другие, были написаны до знакомства с ним, но изначально написаны как песни, хотя он об этом не знал – но он это почувствовал. Я писала их уже в сознательном возрасте и отдавала себе отчёт, что пишу песню, а не стих, песню для какого-то будущего композитора, который когда-то придёт. Хотя я их напевала на какую-то свою мелодию, но записать её не могла, да и не заботилась об этом: так же, как когда-то в детстве я забывала текст, пропев песню, потому что не могла его записать, теперь, наоборот, я записывала текст, но забывала мелодию и не думала об этом: мелодия не была целью, она была только средством, помогающим сочинить текст, он был целью, потому что пропевая сочинить легче, только инструментом, помогающим сочинить текст, и когда он был готов, мелодию выбрасывали и забывали, как отработанный инструмент: мавр сделал своё дело и больше не нужен. Были ли те мои мелодии хорошие или плохие не знаю, я их не помню. Но я думала, что профессиональный композитор, наверное, сочинит лучше, поэтому не заботилась о том, чтобы запомнить и записать свои.

Правда, была у меня как-то идея двинутся в барды, раз уж я пишу и песни, я даже стала учиться играть на гитаре. Но скоро оставила эту идею. Во-первых, я была уверена, что, каковы бы ни были мои мелодии, голоса-то у меня точно нет (правда, его у большинства бардов нет, но я считаю, что если что-то делаешь, надо делать хорошо), во-вторых, сочинять музыку мне было просто  не интересно, мне было интересно сочинять только стихи, в-третьих, оказалось, что струны у гитары такие жёсткие, а пальчики у меня на моей маленькой, меньше, чем положено, кисти, такие маленькие, мягкие и слабые, что извлечь из гитары звуки очень сложно, и главное – это оказывается так больно. Испытывать болезненные ощущения я не люблю. И я подумала: да на фиг мне это надо, так мучиться, пусть лучше другие ломают себе пальцы об гитарные струны и надрывают голосовые связки пением с эстрады и заботятся о придумывании музыки – а я лучше буду жить проще: сочинять только стихи и кому-нибудь отдавать, если найдутся такие люди. И они со временем нашлись. Поэтому тандем с композиторами по созданию песен был для меня очень естественен: я как бы вернулась в то, с чего начала в детстве, только по-другому.

Booking.com

Моя семья

Мой дедушка, Афонский Виктор Алексеевич

 

танкист, полковник, участник Великой Отечественной войны, имеет много боевых наград, орденов. Участвовал во взятии Берлина.

К сожалению, моего деда уже нет в живых.

 Моя бабушка Романова Клавдия Карповна

 

участник Великой Отечественной войны, подполковник медицинской службы, военный врач, хирург, имеет боевые награды. Во время войны под бомбёжками проводила операции во фронтовом госпитале, и получила ранение сама.

Моя бабушка интересовалась медициной и имела способности к живописи, хорошо рисовала. Когда наступило время поступать в институт, не могла выбрать между медициной и живописью, подала документы и сдала экзамены одновременно в медицинский и в академию имени Сурикова, решив последовать велению судьбы: куда возьмут, туда и пойти. Ведь неизвестно, удастся ли пройти по конкурсу хотя бы в один вуз. Она никак не думала, что её возьмут в оба вуза. И тогда проблема выбора встала опять. Она выбрала профессию врача, надеясь совмещать это с занятием живописью в свободное время. Но – работа, семья, двое детей, война – было не до живописи, свободное время пришло только на пенсии, и тогда моя бабушка, уже инвалид войны, еле передвигающаяся по комнате на костылях,  стала рисовать – ведь это можно было делать сидя. Её любовь к живописи передалась и мне – говорят же, способности и черты характера передаются через поколение. К сожалению, моей бабушки уже нет в живых.

Моя бабушка была очень красивая женщина.

И все женщины в нашей семье были красавицами – и моя вторая бабушка и моя мама.

моя бабушка Мария Кухарева

   

Училась в гимназии, читала французские романы, мечтала стать балериной – но: революция, гражданская война, разруха, страна в огне сражений, поезда, наполненные пьяными матросами, и банды бандитов, нападающие на поезда – в такой обстановке родители побоялись отпустить девушку ехать так далеко учиться балету в столицу. И мечта не сбылась. Как много человеческих жизней порушила революция.

Моя бабушка в старости стала теперь для меня примером правильного образа жизни. Она всё время повторяла: движение – это жизнь, и до самой смерти (а умерла она в 90 лет) начинала утро с зарядки, старалась двигаться как можно больше, вести активный образ жизни, и как следствие – прожила так долго и до 90 лет была здоровой, бодрой, и крутила пируэты, как балерины. Вот так и надо проводить свою старость – и тогда старость нас не победит, а мы победим её.

Она всегда выглядела на двадцать лет моложе, и когда она осталась вдовой, ей и в 86 лет делали предложения, и она могла бы и в таком возрасте ещё раз выйти замуж – но уже не захотела.

Моя мама Элеонора Вячеславовна Вонсович

Была очень красивая женщина, как какая-нибудь актриса, восточного типа внешности. Любила детей, и нашла своё призвание в педагогической работе.

Мой дедушка Вонсович Вячеслав Ипполитович

 

Мой второй дедушка во время войны создавал обороноспособность нашей страны, руководя военными предприятиями. Он всю жизнь работал руководителем крупных предприятий. Он был интеллигентным начитанным человеком, любил поэзию, Бальмонта, Вертинского, эти имена я знала с детства. Он был на половину русский, на половину поляк, отсюда и фамилия.

Мой дядя, Кухарев Альфред Вячеславович

 

пианист, композитор, концентрмейстер. Народный артист Украины. Статья о нём есть в Википедии. В своё время он был практически лучшим пианистом на Украине.

Живёт в г. Киеве. Окончил Киевскую консерваторию. С 1953 по 1965 годы работал на Киевской киностудии имени О. П. Довженко, озвучивал фильмы. С 1975 года работал в Национальной филармонии Украины. Виртуозный пианист, он с одинаковым блеском мог играть всё – классическую музыку, эстрадную, народную, джаз, романсы. Он давал сольные концерты и работал как концертмейстер с самыми известными певцами того времени – Юрием Гуляевым, Белой Руденко и другими, был знаком с большинством известных музыкантов и певцов Советского Союза того времени. Объездил с гастролями весь мир, и Европу, и Америку, ему устраивали овации в знаменитом концертном зале Карнеги-холл. Как писала оо нём критика, он концертмейстер от Бога. Одним из первых в нашей стране он стал играть джазовую музыку, был одним из зачинателей этого жанра. При этом он сам сочинял музыку – романсы, песни, поппури на темы известных песен и романсов других композиторов, делал аранжировки, переработки, импровизации на темы разных музыкальных произведений.

Мой дядя феноменальный человек. До 90 лет он постоянно выступал с концертами! В 90 лет он проводил свой  юбилейный концерт в Киевской филармонии, с участием многих певцов и артистов, где играл три часа, играл блистательно, вызывая восхищение всей публики, причём играл ПО ПАМЯТИ, БЕЗ НОТ! В 90 лет. Вы можете это себе представить? Я не могу. Сейчас ему 92 года, год назад у него был инсульт, с тех пор плохо работает правая рука, и он сожалеет, что уже не может выступать. Нет, не играть – играть он может И СЕЙЧАС, ПОСЛЕ ИНСУЛЬТА, с плохо работающей рукой. Но это, как считает он, теперь не такой уровень, чтобы выступать на сцене. Поэтому теперь он играет дома, для себя. Но играет – в 92 года и после инсульта. Такими людьми можно восхищаться.

Более подробно о творческой биографии моего дяди – в статье “ЖИЗНЬ В МУЗЫКЕ”.

О его личной жизни – в статье “ИСТОРИЯ БОЛЬШОЙ ЛЮБВИ”.

В консерватории он встретил первую и единственную любовь своей жизни, ставшую его женой и разделившую с ним всю жизнь, их сын тоже окончил консерваторию, был директором музыкального колледжа, первая и вторая жёны у него тоже были пианистки – так в нашей семье образовалась целая музыкальная ветвь.

Я не стала музыкантом, хотя меня, как многих девочек моего времени, пытались в детстве учить играть на фортепьяно – и чтобы поддержать традицию семьи, и тогда это было модно. Но музыкальность – черта поэзии, потому что музыка – её родная сестра, недаром они соединяются в песне, это всегда чувствовала и я, это чувствуют, как они говорят, и мои читатели.

 ВСЕ СТАТЬИ РУБРИКИ “БИОГРАФИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ” 

СТАТЬИ НА ДРУГИЕ ТЕМЫ

Booking.com
error: Content is protected !!